Письмо
Сага «Викинги против евреев» («Vikings against Jews»)
Вторая книга «Удар потомка Одина»
Пятьдесят вторая глава «Письмо»
Вторая половина восьмидесятых годов восьмого века
На фото - оружие викингов - реплики, автор - Jacob, файл доступен по лицензии - creativecommons.org/licenses/by-sa/4.0/deed.en, размер изображения мной изменён
Утро здесь, у северного рукава Гипаниса, словно появилось из воды - мягкое, светлое, ещё более свежее, чем многие ожидали. Воздух был уже тёплым, но пока не жарким: с юга, от гор и предгорий, тянуло ветром, который нёс запахи иного края - камня, травы, что растёт меж осыпей, и едва уловимую прохладу ручьёв, бегущих по склонам. Иногда он чуть поворачивал с запада, и тогда на реке появлялась короткая зыбь - лёгкие волны шли под углом к течению, ломая отражения и превращая солнечные блики в подвижные осколки света.
Там, где прежде на северном рукаве Гипаниса стоял плавучий мост, теперь медленно скользил паром. Он поскрипывал у натянутого каната, покачиваясь на течении, и время от времени вздрагивал, когда на нём переступали верблюды. Их держали за поводья - кого один, а некоторых и вдвоём, - и каждая переправа сопровождалась недовольным, гортанным звуком, будто звери спорили с самой рекой. На судёнышко они шли неровно, поворачивая головы к воде, принюхиваясь к влажному воздуху, к запаху тины и рыбы, к духу неизвестности. Иногда один начинал фыркать, тянуться в сторону, но руки погонщиков уверенно возвращали его к доскам настила. Как нервно вели себя некоторые верблюды у берега, так они продолжали и на пароме, однако всё-таки людям удавалось удерживать их от особого буйства.
Хоть судёнышко и слегка скрипело, может быть, и сама река чуть ворчала от тяжести, - впрочем, раньше она не спорила с драккарами, - но переправа шла довольно быстро. Рядом с ней и немного дальше кричали чайки - они нередко сбивались в стаи и часто летали низко, громко споря и пища над поверхностью. Иногда одна из них вдруг ныряла, вырывая из воды серебристую рыбину, и тут же начинался шум - другие бросались за добычей, сталкивались крыльями, визжали, а потом разлетались, оставив над рекой перья, что медленно опускались на тёмную гладь.
Западный берег был во многом чёрный. Там, где недавно горело, земля теперь лежала обугленной, словно старая рана. Кусты превратились в ломкие тени, тонкие ветви потрескивали под ветром. Деревья стояли молчаливыми силуэтами, с белыми пятнами коры, обнажённой огнём; на некоторых ещё держались клочья листьев - бурые, свернувшиеся, будто поджаренные. В низинах, где вода задержалась, зеленели уцелевшие болотца: там шевелилась трава, и над ней летали стрекозы - крупные, блестящие, как медь на солнце. Изредка из тины вылетала утка, поднимала брызги и скрывалась за изломом берега.
Оттуда, где начиналась степь, ветер, когда поворачивал с запада, нёс лёгкий запах золы и пепла - не резкий, а приглушённый, будто сама земля пыталась забыть недавнее. Вдали, на пути в Таматарху, тянулись тонкие дымки - последние следы пожарищ, дрожащие под солнцем. Там, где горело редколесье, теперь виднелись лишь серые остовы, похожие на кости. Но ближе к реке жизнь уже возвращалась: слышался треск кузнечиков, звенел воздух, и даже вода в протоках казалась чище, чем прежде.
Паром снова двинулся. На восточном берегу, ожидая своей очереди, стояли верблюды - под навьюченными тюками и мешками, с колеблющимися под солнцем тенями. Они переступали ногами, фыркали, вытягивали шеи, стараясь поймать хоть какую-то свежесть ветра. Их дыхание, тяжёлое и горячее, сливалось с гулом реки, с посвистом дуновения, с криками птиц. Всё вокруг будто медленно собиралось в один общий ритм нового дня, начавшегося на месте недавнего пожара.
Ярл Альф смотрел за переправой с одного из кораблей, немногим выше её. Почти на одной линии с ним, на западной стороне Гипаниса, на своём походном сундуке сидел его племянник Ульрих - старший сын Дитриха Почти Из Берна, - в окружении группы скандинавов, готов и балтов, много сделавший для того, чтобы караваны пошли через реку. Тудуна Соломона на восточном берегу не было. Не исключено, что он был зол на свою очередную, вынужденную договорённость с противником.
Ульрих готовил её несколько недель. Еврейским купцам, пришедшим со своими караванами по северной ветке Великого шёлкового пути с востока, нужен был проход к Таматархе и погрузка на корабли, и они готовы были за него платить северным германцам. Пока был жив Давид, договориться о движении не получалось, однако гот загодя помог организовать давление богатых торговцев на его двоюродного брата, и когда прошлой ночью пришло сообщение о гибели Сабриэлида, тудун уступил.
Доводы были убедительными. Война с викингами - это не повод для того, чтобы северная ветка Шёлкового пути заросла травой, но если караваны не будут проходить по ней, то они все уйдут на юг. От этого проиграют новый бек Обадия, его брат Ханукка, их двоюродный дядя и всё государство иудеев и подвластных им. У русских и их союзников и без движения купцов к Таматархе достаточно средств, чтобы атаковать евреев в Таврике, и Соломон понимает, что его властным родственникам лучше на время покинуть Боспор и Сугдею, а после ухода скандинавов, готов и балтов они получат свои доли от него, и деньги им пригодятся. Если же караваны не перейдут Гипанис, то их владельцы вынуждены будут договариваться с северными германцами об использовании их судов, а тудун и его близкие останутся ни с чем. И под давлением весомых доводов и богатых даров двоюродный дядя нового бека уступил.
Выиграли от движения навьюченных верблюдов и их хозяев по острову с Таматархой и викинги с их союзниками. Первое - они сберегли своё время. Да, русь, готы и балты могли перевозить на своих драккарах грузы караванов до Фанагории, а там их бы забирали торговые корабли греков, но ещё не были побеждены иудеи в Боспоре и Сугдее и не взята военная добыча там. С другой стороны - лето не вечно. Обратный путь длинный, и зимовать всем где-нибудь около Сюрнеса (ныне Гнёздово) - не лучшее решение. Поэтому выгоднее получить деньги от прохода караванов по ныне подвластной скандинавам земле, чем самим заниматься перевозкой грузов и терять на этом время, ведь если бы не удалось договориться с Соломоном, то он бы далеко оттеснил купцов с их навьюченными верблюдами, и северные германцы и их союзники тратили бы на вывозе товаров одни дни за другими.
Викинги, готы и балты оказались в выигрыше и от того, что под давлением их переговорщиков во главе с Ульрихом еврейские владельцы ценностей с востока вынуждены были пойти на выкуп в разных частях острова с Таматархой русской военной добычи: лошадей, в том числе тягловых, сёдел, уздечек, быков, коров, овец, коз и многого другого. Также был решён вопрос и с пленными - иудеями-бойцами и их степными наёмниками. Торговцы платили за них, получая взамен долговые расписки. Тем самым скандинавы и их союзники переложили часть своей мороки на хозяев караванов, но у тех было побольше времени, деньги, связи, знания местных раскладов, так что они не были пострадавшими. Купцы могли и немало выиграть.
Солнце поднялось выше. Теодорих, Альбион и часть их всадников, которые вернули себе коней после пешего продвижения и боя в пойменном лесу и возврата на суда, а для кого-то - развёртывания на островках, отдыхали в северной части зарослей. Гэндальф и его воины, окружая здесь врага огнём, сохранили эти деревья и кустарники, срезав угол, и теперь герцог, граф и их бойцы были им благодарны за это.
Сегодня перед началом движения от юго-западного рукава Гипаниса глава готов приятно удивил соискателя престола Уэссекса. Ряд влиятельных и богатых греческих торговцев из разных городов на побережье Понта Эвксинского старались поддерживать постоянную связь с Дитрихом и Ульрихом, рассчитывая выиграть от движения караванов и военной добычи. Надёжное сообщение было и между Теодорихом и его другом Альфредом, уже больше года как перебравшимся с рядом своих родных из Рима в Константинополь, Амастриду и некоторые иные города для помощи герцогу и Готии во взаимодействии с облечёнными властью византийцами. При этом сакс использовал разные возможности для оказии, в том числе и через посыльных богатых купцов. И утром, после встречи с одним из таких людей, герцог пригласил к себе Эгберта и Ине и передал каждому по письму.
Внук понял мгновенно. Соискатель престола Уэссекса тоже, но решил не сразу показать это. Письма были на английском, одним почерком, брату и Эгберту - оба от Редбурги. Соискатель престола западных саксов раскрыл своё, прочёл, улыбнулся, а потом негромко сказал, глядя в глаза главе готов:
- Я всегда говорил тебе и всем, что ты, Теодорих, - великий герцог.
Сейчас знатный и юный воин из Британии сидел на плаще, опершись спиной о вяз, и вновь просматривал письмо от красавицы. Разумеется, они с Ине правильно сделали, что помогли Бьёрну и остановили Давида, но и глава Готии держал данное им слово о его встрече со своей внучкой и даже сделал шаг навстречу Эгберту.
Автор: Валерий Мясников, один из моих аккаунтов в Х (бывшем Твиттере) - «The Vikings beat the Jews near the Black Sea II (@Vikings_Rus747) / X (twitter.com)» (Викинги били евреев у Чёрного моря II), другой аккаунт в Х - «The Vikings beat the Jews near the Black Sea (@Rurik_Rorik) / X (twitter.com)» (Викинги били евреев у Чёрного моря).
P.S. «Поисковик» евреев Пейджа и Брина блокирует блог «Викинги против евреев. Удар потомка Одина», размещённый в Блоггере этих евреев, а ранее некоторые из глав предыдущей книги «Викинги против евреев. Атака по Великому Дону» в Блоггере у евреев прятали даже в самом этом ресурсе. У евреев Пейджа и Брина бьются за захват евреями и марксистами из КПК США и мира (как бьются и у еврея Цукерберга), поэтому «поисковик» евреев Брина и Пейджа банит блог «Викинги против евреев. Удар потомка Одина», поэтому у евреев используют и другие способы борьбы против этого блога.
Следующая глава - 2vikingi.blogspot.com/2024/10/48.html
Предыдущая глава - 2vikingi.blogspot.com/2024/10/50.html
Комментарии
Отправить комментарий